Публикуемый фрагмент произведения свт. Астерия Амасийского посвящён толкованию евангельского рассказа о Закхее (Лк. 19:1-10), начальнике мытарей из Иерихона.
Святитель начинает с краткой исторической справки об Иерихоне — городе хананеев, некогда завоёванном Иисусом Навином, а ныне посещаемом «истинным Иисусом», Который приносит не разрушение, а исцеление. На фоне чудес, совершаемых Христом (в частности, исцеления слепца), свт. Астерий особо выделяет историю Закхея как пример духовного прозрения. Если слепец обрёл физический свет, то Закхей — свет душевный, преодолев порочность своего прежнего занятия.
Центральная мысль проповеди — осуждение несправедливости, особенно в лице мытаря, чья профессия изначально предполагает корысть и обман. Свт. Астерий подчёркивает, что у мытаря нет «благовидного предлога» для греха, в отличие от других людей, чьи проступки порой объясняются необходимостью. Закхей, будучи поражён «болезнью души», превосходит даже страдание иерихонского слепца, ибо его недуг — нравственный, а не телесный.
Ключевой момент преображения Закхея — его обещание возместить ущерб пострадавшим: «если у кого что отнял, возвращу четверицею». Это деяние становится основанием для слов Христа: «Днесь спасение дому сему бысть, яко и сей сын Авраама есть».
В заключительном абзаце свт. Астерий отвечает на вопрос: как Закхей, выходец из ханаанского Иерихона, может считаться «сыном Авраама»? Ответ — в духовной преемственности: подобно Аврааму, оставившему родину по зову Бога, Закхей отказывается от мытницы и богатства, демонстрируя веру и послушание. Истинное родство с ветхозаветным патриархом определяется не кровной связью, а нравственным выбором и следованием Христу, что и удостоверяется словами Спасителя.
Город Иерихон был столицей хананеян, которой некогда, после осады и разрушения, овладел Иисус Навин, и которую теперь истинный Иисус, пришедши, удостоил врачеванья.
Слепец увидел свет, а народ уверовал: всякий язык прославлял Иисуса, и в прозревшем слепце каждый глаз увидел неожиданного учителя о чуде и спасении, который не словами, а делами учил учеников истине.
Всякая несправедливость – зло и нечто, достойное ненависти, а несправедливость мытаря преимущественно, ибо у него нет вовсе никакого благовидного предлога ко греху. Ведь для других можно найти некоторую необходимость и корень зла, из чего возникает несправедливость, а мытарь – зверь, нечестивейшая язва, сидящая при больших дорогах. Болел этой болезнью и Закхей, прежде чем приблизился к Иисусу, болезнью, которая по глубине учения была хуже болезни иерихонского слепца, ибо тот болел вследствие повреждения тела, а этот болел повреждением самой души.
Нe давай другим чужого, но обиженным возвращай собственное, ибо Бог не принимает милостыню от хищника.
Мытарь – прекрасный судья и управитель для себя: «если у кого что отнял, возвращу четверицею», говорит он не другим (ибо это не заслуживает награды и неугодно Богу), но самим потерпевшим.
«Днесь спасение дому сему бысть, яко и сей сын Авраама есть». Как может быть сыном Авраама, происходящий из Иерихона Ханаанского? Что общего по роду между Авраамом и хананеянами? Очевидно, что хотя по плоти он не был сыном Авраама, но по правам и делам, вместе и по приближению ко Христу, он и был и признавался гораздо более истинным сыном великого патриарха, чем изсшедшие из чресл его. Так, и Апостол назвал Елиму сыном диавола, и Господь сказал иудеям: «вы отца вашего диавола есте». Точно также (назван) и Закхей, потому что он подражал вере Авраама, ибо как тот, будучи призван, покинул родину, так и этот оставил мытницу и хранившееся там богатство, почему и Христос, сама истина, объявил его сыном Авраама.